![a8b24fe3be63846e6a3af.png](/proxy.php?image=https%3A%2F%2Ftelegra.ph%2Ffile%2Fa8b24fe3be63846e6a3af.png&hash=73ab384dc00552bf1eb3206c6c466d85)
Рассматривая ускорение времени как психологическое или психофизиологическое явление , в отличие от ускорения исторического времени , его называют ускорением личного времени (УЛВ) человека. Сегодня результаты попыток понять и объяснить УЛВ противоречивы. Одни ученые, базируясь на данных биохимических и психоэнергетических исследований, соотносят его с реальной зависимостью людей от стресса. Другие, основываясь на существовании так называемой «частоты Шумана», считают, что это объективный физический процесс геомагнитного происхождения. Третьи, полагая, что это, главным образом, психическое явление, связывают его с психологией старения человека.
Наряду с теми, кто мнение о существовании УЛВ разделяет, есть и те, кто его отвергает. Проанализируем в связи с этим каждое из трех приведенных выше представлений об УЛВ и попытаемся определить свое отношение к ним.
Обратимся к зависимости УЛВ от стресса. Прежде всего отметим, что стресс бывает двух видов: внезапный (острый) и хронический. Сведения об УЛВ как следствии хронического стресса ни в литературе, ни в чьих-либо воспоминаниях нам не встречались. Но вот об УЛВ при внезапном стрессе свидетельства переживших его имеются. Чаще всего это рассказы о пуле или осколках снаряда, летящих в сторону человека, и либо замедлении их полета, либо ускорении времени реакции человека на их приближение .
Известно, что при внезапном стрессе, вызванном, в частности, возникновением опасности, в мозге человека активизируется миндалевидное тело или амигдала, ответственная за чувство страха. Амигдала воздействует на симпатическую нервную систему, а та с помощью гипоталамо-гипофизорно-надпочечниковой системы запускает образование гормонов — глюкокортикоидов (кортизона и др.) и интенсифицирует выброс в кровь гормонов группы катехоломинов (адреналина, норадреналина и пр.).
Под действием гормонов резко усиливается обмен веществ, учащается сердцебиение и увеличивается приток крови как к легким и мышцам, так и к самому сердцу. Одновременно с этим увеличивается пропускная способность системы восприятия информации мозгом, скорость передачи нервных импульсов, снижается уровень психологических установок и ограничений.
Проиллюстрируем это двумя примерами. Первый — из жизни девушки, столкнувшейся с хулиганом. Подвергшись нападению, она бросилась в бегство напрямую через цветочную клумбу. Ни в дострессовом, ни в послестрессовом состоянии она так бы не поступила, руководствуясь установкой «цветники мять нельзя». Второй пример — из жизни автора статьи, тогда еще юноши. Как-то, разговаривая о национальном вопросе со сверстником, обладающим спортивной, мускулистой фигурой, он услышал: «Жаль, что Гитлер вас всех не уничтожил!». Ощутив приступ негодования, собеседник спортсмена, человек средней физической подготовки и довольно миролюбивый, неожиданно для себя нанес спортсмену удар кулаком в челюсть и сбил его с ног. Победив, таким образом, более сильного противника, позднее он себе удивлялся: «Как я мог это сделать?»
Что можно на этих примерах увидеть? В первом налицо мгновенное снижение ригидности; во втором — аналогичное мгновенное снижение уровня ограничения агрессивности, и ее всплеск в сочетании с кратковременным усилением мышц. И в том и другом случаях все произошло быстро, без затянувшихся размышлений и колебаний.
Примеров, подобных описанным, можно привести еще множество. Что же из всех них следует? По-видимому, вполне однозначное и правомерное предположение: при стрессе происходит весьма кратковременная, но, все же, коррекция личностных психологических характеристик человека. А почему бы и нет? Ведь всякая характеристика такого рода всегда состоит из двух частей: базовой личностной и ситуативной. За счет ситуативной части коррекция при стрессе и возможна. Но связано ли это с УЛВ, а если связано, то как? Для ответа на данный вопрос рассмотрим ранее обнаруженную нами и опубликованную в работе зависимость
(1)
![time001.png](/proxy.php?image=https%3A%2F%2Fpsyfactor.org%2Flib%2Fi%2Ftime001.png&hash=227dd67827217000631452363ea0213e)
где
(2)
![time002.png](/proxy.php?image=https%3A%2F%2Fpsyfactor.org%2Flib%2Fi%2Ftime002.png&hash=044680f4dffc419c9148d672e4dc24ff)
Здесь R — характеристика ригидности некоторого исследуемого человека, А — характеристика его агрессивности, Н — показатель пропускной способности системы восприятия информации человеком, t — продолжительность психической реакции человека на информационное воздействие типа одиночного импульса, его «последействие», F/F0 — коэффициент затухания колебаний реакции (F — характеристика реальной фрустрированности человека, F0 — некоторое значение фрустрированности, считающееся нормальным или пороговым).
Если одиночный импульс считать стрессогенным фактором (стрессором), вызывающим внезапный стресс, то формулы (1) и (2) дадут возможность вычислить продолжительность реакции на стресс человека с известными R, А, Н и F/F0.
Пусть речь идет об упоминавшемся выше полете пули в сторону человека, например, еще не обстрелянного солдата. Предположим, что пуля массой около 9,1 г выпущена из оружия калибра 7,62 с начальной скоростью примерно 800 м/с, а цель (солдат) находится на дистанции 500 м. Тогда время полета пули до цели составляет ≈ 0,9 с. Выстрел сопровождается вспышкой света, сигнализирующей солдату об опасности и вызывающей у него стресс. Пользуясь тестом Г. Айзенка, позволяющим определять значения А, R и F по двадцатибалльным шкалам, зададимся такими характеристиками личности солдата в интересующей нас ситуации: А = 20 (агрессивность стала максимальной); R = 2 (ригидность резко снизилась, но нулевой мы ее считать не можем, так как в этом случае t стало бы равным 0, что лишено смысла); F/F0 = 20/10 = 2 (исходя из предположения, что F0 равно среднему значению F по двадцатибалльной шкале, а коэффициент затухания колебаний реакции солдата на стрессор максимален). Что касается Н, то примем его равным 9, основываясь на том, что согласно, оно обычно лежит в пределах 7±2. Подставим выбранные А, R, F, F0 и Н в (1) и (2) и получим t ≈ 0,3 с. Это почти втрое меньше времени полета пули. То есть, за время полета пули цикл восприятия ее движения необстрелянным солдатом может быть повторен практически трижды. Это и создает ощущение замедления скорости полета пули или ускорения личного времени солдата.
Рассчитаем теперь время t для обстрелянного солдата. Будем считать, что его жизненный опыт предотвращает существенное влияние стресса на психологические установки и ограничения, а увеличенная пропускная способность системы восприятия информационного воздействия уже стала привычной. Увеличенный коэффициент затухания колебаний реакции солдата на стресс также уже привычен. Исходя из этого, введем в формулы (1) и (2) средние значения R и A, равные 10 баллам, а F/F0 и H оставим прежними. В результате получим t = 0,9 с. Выходит, что пока пуля летит, солдат ее не видит. Он увидит ее только тогда, когда она его достигнет. То есть, УЛВ для него нет.
Какие выводы из всего этого следуют? Первый: УЛВ при внезапном стрессе вполне возможно. Второй: причина УЛВ — существенное сокращение времени реакции человека на воздействие стрессора по сравнению с продолжительностью его реального последействия. Третий: возникновение или не возникновение УЛВ существенно зависит от комплекса личностных психологических характеристик человека, испытавшего стресс. Четвертый: УЛВ, по-видимому, тем больше, чем больше число циклов реакции человека на действие стрессора «укладывается» в реальное время его последействия.
Перейдем к вопросу о зависимости УЛВ от «частоты Шумана». Это понятие основывается на существовании стоячих электромагнитных волн низких и сверхнизких частот, огибающих земной шар в пространстве между поверхностью Земли и ионосферой. Указанное пространство образует гигантский резонатор, внутри которого попеременно происходит отражение волн то от земной поверхности, то от ионосферы. Он имеет частоту собственных колебаний WС. При совпадении WС с частотой вынужденных колебаний WВ, создаваемых грозовыми разрядами, случающимися на Земле около 2000 раз в секунду и сопровождающихся примерно 50 молниями, в нем возникает резонанс с частотой WШ, называемый «резонансом Шумана».
Частота WШ содержит ряд гармоник, из которых, по крайней мере, первые пять могут быть вычислены как
![time003.png](/proxy.php?image=https%3A%2F%2Fpsyfactor.org%2Flib%2Fi%2Ftime003.png&hash=980a2f650cc492b1c0a9c9e0ff5d19bc)
,
где n — номер гармоники.
Численно значения WШ, Гц, оказываются приблизительно такими: 8,5; 14,7; 20,8; 26,8; 32,9. Установлено, что полученные данные о WШ весьма близки к частотам WМ биоритмов мозга человека: α-ритм имеет частоту 8–13 Гц, β-ритм — частоту 14–25 Гц; γ-ритм — частоту 30–100 Гц. Отсюда был сделан вывод о том, что эволюция мозговой деятельности человека происходит под влиянием резонанса Шумана и что именно он определяет нормальную работу мозга. То есть, существует еще один резонанс, базирующийся на синхронизации WШ и WМ. Даже незначительные нарушения этой синхронизации влекут за собой негативные явления в деятельности мозга типа головных болей, ухудшения памяти, колебаний артериального давления и т. п., поэтому мозг всегда стремится нарушения синхронизации WШ и WМ устранить, как бы «ведет» WМ за WШ. Действительно, с момента возникновения человечества так и было.
Как показали исследования геофизиков, биофизиков и биологов, частоты WШ на протяжении тысячелетий оставались примерно постоянными и десинхронизация WШ и WМ носила случайный характер, обусловленный нестабильностью геомагнитных и гелиомагнитных процессов.
Однако в последнее время все стало иначе. Примерно с 1980 года частоты WШ начали систематически увеличиваться. Особенно это касается первой гармоники WШ. В 1994 году ее частота составляла в среднем 7,83 Гц, в 2012 году — 12,39 Гц, в 2020 году — 20,53 Гц. В 2023 году средняя частота Шумана по всей ионосфере была определена уже как 38 Гц . Частоты же WМ биотоков мозга человека, в частности α-ритма, практически не изменились. Она как была раньше 8–13 Гц, такова и сегодня. Но это означает, что теперь вывод о синхронизации WШ и WМ несостоятелен, ошибочен. Такое заключение чрезвычайно важно, поскольку сторонники УЛВ под действием WШ, считая это явление вполне реальным, связывают одно с другим через электрическую активность мозга непосредственно, напрямую. Некоторые даже приводят данные, якобы подтверждающие, что Земля как электрический мотор, реагируя на увеличение частоты Шумана WШ через биотоки некоего «коллективного мозга человечества», сегодня вращается все быстрее и быстрее, и время ускорилось настолько, что в сутках уже не 24 часа, а 16.
Между тем, не отрицая физиологическое влияние WШ на деятельность мозга и центральной нервной системы человека и даже ее участие в их эволюции, непосредственно связывать частоты WШ с представлением людей о времени неправомерно. Ведь время — это несколько условное понятие, отражающее наше представление о продолжительности тех или иных процессов. Здесь связь, скорее, опосредованная, информационно-психологическая, а не прямая электрическая.
Учитывая это, будем рассматривать действие частоты WШ на человека как информационное воздействие, а его личное время — как продолжительность t психической реакции на воздействие WШ.
При таком подходе можно говорить о синхронизации не WШ и WМ, а о синхронизации WШ и W0, имея в виду под последним не частоту биоритмов мозга, а частоту собственных колебаний системы восприятия информации человеком.
Как установлено нами и продемонстрировано в работе , частоту собственных колебаний указанной системы можно выразить как
(3)
![time004.png](/proxy.php?image=https%3A%2F%2Fpsyfactor.org%2Flib%2Fi%2Ftime004.png&hash=c4b7334d47a3ccfe54e9f4b9c49c7332)
где все переменные имеют тот же смысл, что и в формулах (1) и (2). Очевидно, что наилучший результат синхронизации WШ и W0 будет достигнут при резонансе, подобном резонансу WШ и WМ, но другом, не том, что выше был назван «еще одним», а таком, при котором WШ ≈ W0. Приняв это во внимание, представим (3) в виде
(4)
Преобразуем (1) в выражение
![time006.png](/proxy.php?image=https%3A%2F%2Fpsyfactor.org%2Flib%2Fi%2Ftime006.png&hash=69e86d12bc4a67ab6115031eda859dcb)
и произведем в (4) соответствующую замену, что даст
![time007.png](/proxy.php?image=https%3A%2F%2Fpsyfactor.org%2Flib%2Fi%2Ftime007.png&hash=88a8ec1ff8108c201343d01fbc7bae23)
откуда
(5)
![time008.png](/proxy.php?image=https%3A%2F%2Fpsyfactor.org%2Flib%2Fi%2Ftime008.png&hash=08fd78561753939fa1d06746367355b5)
В этом выражении WШ — частота Шумана, Гц; t — продолжительность психической реакции человека на WШ, которую мы приняли в качестве показателя личного времени. Из формулы (5) видно, что с увеличением частоты Шумана происходит ускорение времени t. Однако только когда F02 > F2. В противном случае выражение (5) теряет смысл, что означает следующее. С ростом фрустрированности человека влияние частоты Шумана на него ослабевает. Люди, обладающие высоким уровнем фрустрированности (близком пороговому значению F0), влиянию частоты Шумана не подвержены.
Приведем пример. Предположим, есть человек, много лет занимающийся бизнесом, но без особого результата. По двадцатибалльной шкале Г. Айзенка уровень его фрустрированности: F = 9 при пороговом (среднем) значении F0 = 10. Тогда за период с 1994 года по 2023 изменение частоты WШ от 7,83 до 38 Гц приведет к ускорению времени t от 0,029 с до 0,006 с, т. е. на 0,023 с. Допустим, этот же человек ежегодно ездил отдыхать к морю, что успокаивало его, вселяло в него оптимизм, и уровень его фрустрированности F снижался до 5. В таком случае время t ускорилось для него от 0,106 с до 0,022 с, т. е. на 0,084 с.
Полученный результат интересен с нескольких точек зрения. Во-первых: он показывает, что снижение уровня фрустрированности вдвое, приводит к увеличению УЛВ почти в четыре раза. Во-вторых: если считать, что ускорение личного времени достаточно молодого человека расширяет его жизненные возможности, и за один и тот же период времени он будет успевать сделать больше, чем раньше, то можно полагать, что УЛВ из-за увеличения частоты Шумана явление полезное. В-третьих: отмеченное как «во-вторых» представляет, скорее, теоретический интерес, чем практический, поскольку численно УЛВ в рассмотренном случае крайне мало и в аналогичных случаях, по-видимому, будет почти таким же. В-четвертых: несмотря на «в-третьих», пример убедительно опровергает утверждения типа сокращения длительности земных суток с 24 ч до 16 ч.
Остановимся в заключение на представлении об УЛВ как следствии старения человека. Вряд ли кто-нибудь из пожилых людей сомневается в том, что оно происходит, но объясняют его обычно просто: на самом деле нет его, это просто, кажется. Но даже, если это так, то правомерен вопрос: что все-таки кажется и почему?
Имеются две основные гипотезы, объясняющие УЛВ с возрастом. Первая чисто формальная состоит в том, что даже равные временные интервалы человек воспринимает не как абсолютные, а как относительные: один и тот же отрезок времени в процентах от прожитых лет. Получается, что в 20 лет 1 год — это 5 %, в 40 лет — 2,5 %, в 60 лет — 1,66 % и т. д. Это человек и ощущает как УЛВ. Но существует и другая гипотеза, основанная на том, что сокращается число значимых для человека событий в одном и том же отрезке времени.
Но что означает «значимых»?
Несмотря на то, что известно много разных определений понятия «значимость», сформулируем его так, как, по нашему мнению, оно будет выглядеть достаточно полно и вместе с тем просто. Итак, значимость того или иного события для вполне конкретного человека, — это совокупность его свойств, характеризуемых: во-первых, силой информационного воздействия на человека; во-вторых, продолжительностью психической реакции человека на факт события; в-третьих, влиянием повторяемости события на производимое им впечатление. Рассмотрим каждую из этих характеристик более подробно.
Как показано в работе , сила информационного воздействия события на человека зависит от множества факторов, но главный из них — его психосемантическая (смысловая) важность. В чем она состоит, наиболее конкретно выразили И. В. Смирнов и его соавторы в книге. Они же разделили события, сообщения и сведения о них на группы их важности. В несколько скорректированном и дополненном виде эти группы таковы :
- События, представляющие собой опасности или угрозы для жизнедеятельности человека;
- События или сообщения, содержащие сведения, влекущие за собой изменения общего психического состояния человека, в том числе его сознания;
- Сообщения и сведения, актуализирующие «ядерные» образования личности человека и прежде всего объекты его ранней социализации, в том числе образы родителей, других близких людей и т. п.;
- Сообщения, содержащие сведения о ключевых элементах состояний человека, имевших место в прошлом, в том числе о запомнившихся эмоциогенных событиях и состояниях аффекта;
- Сведения, значимые для человека только в совокупности с ключевыми элементами состояний человека, дополняющие или конкретизирующие ключевые элементы;
- Сообщения, содержащие информацию, табуированную в данном обществе, например, ненормативную лексику, слова — паразиты и т. п.
Продолжительность t психической реакции человека на факт события, получения сообщения или определенных сведений нетрудно рассчитать с помощью используемых ранее выражений (1) и (2). Влияние же повторяемости события на производимое им впечатление, следуя методике, предложенной в [6], можно охарактеризовать показателем
![time009.png](/proxy.php?image=https%3A%2F%2Fpsyfactor.org%2Flib%2Fi%2Ftime009.png&hash=7ff5a5b0699f19e27375708bc4759f2f)
где Т — суммарная продолжительность времени реакции на сообщения с повторениями, m — текущее количество повторений.
Выясним, как пользоваться показателем к и как получить на базе изложенного общий показатель Z значимости событий. Применим теорию информации Хартли. Согласно этой теории, всякое сообщение а содержит ℓog2a информации, величина K имеет смысл k-ой доли этой информации, а информация нескольких сообщений — есть результат их аддитивного взаимодействия друг с другом. Отсюда вытекает
![time010.png](/proxy.php?image=https%3A%2F%2Fpsyfactor.org%2Flib%2Fi%2Ftime010.png&hash=51f03977cf15af8ff7f5feaa9a8d6e09)
или, после потенцирования,
(6)
![time011.png](/proxy.php?image=https%3A%2F%2Fpsyfactor.org%2Flib%2Fi%2Ftime011.png&hash=eb1a88150c8361b943d83c6994ab5e7d)
С помощью выражения (6) из общего потока событий можно выделить наиболее значимые для человека, а затем, исследуя их составляющие, проследить, как за определенный отрезок времени, в частности, к старости, меняется их количество и качество.
К настоящему времени в области психологии пожилого возраста уже накоплен большой массив данных. Известно, что для людей 44–65 лет наиболее важны события, относящиеся ко второй группе (r = 12 баллов). Для людей, которым 70–80 лет, наиболее важны события третьей и первой групп (r = 7 и 18 баллов). Продолжительность t реакции на факт события в соответствии с формулами (1) и (2) существенно зависит от изменения R, А, F и Н. Если дело не дошло до деменции, то R (ригидность) с возрастом обычно увеличивается, А (агрессивность) чаще всего, хотя и не всегда, снижается, Н (пропускная способность системы восприятия информации), как правило, уменьшается. Фрустрированность F либо уменьшается (человек смиряется с ситуацией, с неизбежностью приближения конца жизни), либо возрастает (если он примириться с этим не в состоянии). Величина же К, являясь функцией от t, меняется согласованно с ней.
Воспользовавшись тестом Г. Айзенка, найдем числовые значения R, А и F для некоего человека в возрасте 80 лет и сравним их с сохранившимися у нас результатами аналогичного тестирования этого же человека. Для справки приведем такие биографические данные исследуемого: инженер в области автоматизации машиностроения, научный работник, преподаватель ВУЗа, общий трудовой стаж — 65 лет.
Старые данные тестирования: R = 12, A = 10, F = 11. Пропускная способность системы восприятия информации H = 9. Новые данные: R = 14, А = 7, F = 8, а пропускная способность H = 7. Рассчитав по формулам (1) и (2) величины t, получим: в возрасте 70 лет продолжительность психической реакции на факт события составляла 1,8 с, в возрасте 80 лет стала равной 3,5 с, то есть увеличилась почти вдвое.
Дополнительный опрос исследуемого показал: в возрасте 70 лет для него были существенно важны события, сообщения и т п., относящиеся к группе 2 (r = 12), что являлось следствием его отношений на работе; в возрасте же 80 лет, уже находясь на пенсии, он как наиболее важные стал воспринимать события, относящиеся к группе 3 (r = 7). Для того, чтобы событие или сообщение стало для него ощутимо значимым, в 70 лет ему было достаточно однократного повторения, в 80 лет зачастую стало требоваться двух- или даже трехкратное повторение. Учитывая это, приняв в формуле (6) соответствующие m, а также определив T, далее получим такие оценки значимости Z: 6,24 — для 70-летнего человека; 6,65 — для 80-летнего. Как видим, оценки почти одинаковые. Чем это вызвано? Очевидно, прежде всего, тем, что заметно уменьшилось r — произошло переосмысление человеком важности воспринимаемых событий в свете его сегодняшнего положения. Он практически здоров, его жизнедеятельности особенно ничего не угрожает, служебные проблемы исчезли, и их место заняли мысли, резонирующие с воспоминаниями о молодости. А если бы произошло иное: у него начались бы обусловленные возрастом серьезные проблемы со здоровьем? Тогда r стало бы равно 18, и Z получилось бы равным 9,1. Значимость событий возросла бы на одну треть. Но произошло бы не только это.
Помимо того, что показатель Z характеризует значимость воспринимаемых человеком сведений, он еще и отражает время, затраченное на восприятие содержащейся в них информации. Если это время возрастает, то количество событий, сведений, сообщений, которые еще мог бы воспринять человек за определенный временной цикл (например, за час) сокращается. Но каждое воспринимаемое сообщение обычно сопровождается ответным действием. Поэтому на все другие действия у человека остается меньше времени. Это и создает у него впечатление об ускорении личного времени.
Таким образом, представление об УЛВ как следствии старения человека — иллюзия, главным образом, психологического происхождения. У кого-то она возникает, у кого-то — нет. Все дело в личностных психологических характеристиках человека, его отношении к важности тех или иных событий и сообщений. Разумеется, это связано и с состоянием нервной системы человека (скорость нервного импульса в возрасте от 60 до 80 лет падает от 85 % двадцатилетнего — до 75 % , но не в первую очередь). Свою роль, конечно, играет и изменение физического состояния человека, но не решающую.
Впрочем, это не все, что вытекает из описанного выше. Из него следует, что иллюзия УЛВ при соответствующих условиях может возникать и у людей любого возраста. Однако, это вопрос, требующий отдельного изучения.
Подведем итог всего изложенного в статье. Каков же все-таки ответ на вопрос, поставленный в ее заголовке? По-видимому, он ясен: ускорение личного времени — и миф, и реальность. Для одних оно существует, а для других — нет. Все зависит от личности человека. Тем не менее, это не означает, что тема закрыта и ясность абсолютна. Исследование проблем изменения личного времени, несомненно, должно быть расширено как применительно к УЛВ, так и применительно к его альтернативе — замедлению времени (ЗМВ). В последнем случае понадобится, в частности, дополнить составы групп, например, следующим:
группа 7 — сообщения и события, вызывающие незначительную психическую и физическую усталость человека (r = 1);
группа 8 — сообщения и события, вызывающие значительную преимущественно психическую усталость (r = 0,5);
группа 9 — события, вызывающие значительную преимущественно физическую усталость (r = 0,25);
группа 10 — события и сообщения, вызывающие значительную усталость одновременно того и другого вида (r = 0,5);
группа 11 — сообщения и события, вызывающие сильную усталость того и другого вида (r = 0,1).
Может быть, было бы целесообразно скорректировать и подход к вычислению Z. Но все это — задачи на «завтра».
![time005.png](/proxy.php?image=https%3A%2F%2Fpsyfactor.org%2Flib%2Fi%2Ftime005.png&hash=642c4139a150a0d69b1dfab3e836d3f2)
Будь ласка,
Увійти
або
Реєстрація
щоб переглянути вміст URL-адреси!