![8c875b189c0de38929b91.jpg](/proxy.php?image=https%3A%2F%2Ftelegra.ph%2Ffile%2F8c875b189c0de38929b91.jpg&hash=ca5130e11b70d59e02165f0151db30c8)
Отталкиваясь от определения общего состояния постмодерна, для которого характерны крах метанарративов (философских систем, идеологий, науки, религиозных течений, энциклопедических знаний), приоритет языковых игр, постисторичность, недоверие к правилам и отход от обобщений, автор обозревает концепции и явления, зародившиеся в этой ситуации: постантропоцентризм, трансгуманизм, спекулятивный реализм, темную антропологию, геофилософию, фенинистскую эпистемологию, хонтологию и др. Попутно он рассказывает, как на смену онтологическому и лингвистическому пришли иконический, антропологический, новоматериалистический, спекулятивный и «темный» повороты философской мысли. При этом в поле внимания оказываются такие авторы, как Жиль Делез, Мартин Хайдеггер, Мишель Фуко, Жак Деррида, Петер Слоттердайк, Юк Хуэй, Феликс Гваттари, Жан Бодрийяр, Славой Жижек, Джорджио Агамбен, Ален Бадью, Грэм Харман, Квентин Мейясу, Тимоти Мортон, Марк Фишер, Рози Брайдотти, Карен Барад, Эдуарду Вивейруш де Кастру, Жан-Мари Шеффер, Донна Харауэй, Жак Рансьер и другие. Вопросы, которые продолжают волновать современную философию: человек и его место в мире, конец человеческой исключительности, деколонизация мысли, отношение материального и нематериального, субъекта и объекта, понятие времени, подходы к осмыслению любви и, наконец, в чем истина.
Публикуем несколько фрагментов этого своеобразного атласа, который в оригинале необязательно читать от начала до конца — по нему можно бродить, путешествовать, искать новое и вспоминать старое.
Постгуманизм: что случилось с человеком?
У понятия «постгуманизм» имеются разные синонимы «постантропоцентризм», «постчеловеческая философия» и другие. Они отражают суть явления, цель которого показать значительные изменения положения человека в современном мире. Эта явная тенденция охватывает многие гуманитарные и социальные дисциплины, которые утверждают конец исключительности человека в этом мире.Есть ли история у постгуманизма?
Постгуманизм как мировоззрение продолжает линию, начатую Ницше в конце XIX века. Прошлый, XX век прошел под знаменем «смерти Бога». Эта стратегия развивалась и предлагала схожие «смерти»: автора, бытия, природы, больших нарративов и, конечно, человека как венца творения.Как писал Мишель Фуко, «человек как конструкт изобретение недавнее, скоро он будет стерт, как лицо, начертанное на прибрежном песке».
Постгуманизм отталкивается именно от этой идеи: философская смерть человека — исторический факт; после нее нужно продолжать производство концептов, анализировать трансформации, происходящие в среде, окружающей человека (или постчеловека), в технологиях и обществе.
Постгуманизм и трансгуманизм — это одно и то же?
Понятия постгуманизма и трансгуманизма часто считают практически идентичными. Однако это неверно, и ключевое различие этих мировоззрений состоит как раз в отношении к человеку.Трансгуманизм сохраняет центральное положение человека в мире и видит в нем главного героя многочисленных процессов. Да, человек несовершенен физически, и его тело и сознание могут быть улучшены, но он все равно «есть мера всех вещей» (Изречение Протагора (ок. 485–410 до н. э.), древнегреческого философа-софиста. Прим. ред.).
Изменения, на которых сосредоточен постгуманизм, происходят на концептуальном уровне. Такова, к примеру, попытка понять, какую роль в философии играют «нечеловеческие» действующие субъекты (акторы): неодушевленные предметы, растения, животные — и как с ними взаимодействует человек. Как меняются взаимоотношения человека с изменившейся реальностью? Как выжить на «поврежденной планете» среди опасностей и катастроф?
Какие современные теории включают в себя постгуманизм?
Именно через постгуманизм можно описать и объяснить многие теории современной континентальной философии.Так, вполне постгуманистическими являются акторносетевая теория Бруно Латура, объектно-ориентированная онтология Грэма Хармана, агентный реализм Карен Барад и многие другие проекты, о которых будет сказано далее в этой книге.
Что в итоге
Так или иначе, все авторы, работающие в русле постгуманизма, стремятся преодолеть иерархические отношения человека и мира, противостояние живого и неживого, природы и культуры, субъекта и объекта, чем снимают кантовский вопрос: «Что такое человек?» Однако постгуманизм немедленно его обновляет: а где границы человеческого, почему человек — исключительное существо и можно ли с этим что-то сделать?Чем постгуманизм отличается от трансгуманизма?
Автор особо благодарит Илью Смирнова, магистранта ЕУ СПб и ИТМО, социального исследователя науки и технологий, автора проекта Versia, за помощь в подготовке материалов к этой главе.С чем связано новое проявление гуманизма?
Как говорит Донна Харауэй, на смену реальности, обусловленной языком и идеологиями, пришла реальность, опосредованная новыми технологиями, протезами, интернетом и т. д. Эти изменения спровоцировали сомнения в том, где лежит граница между человеческим и «не-человеческим».Трансгуманизм и постгуманизм — важные направления в современной философии, объясняющие такое размытие.
Так ли важен «старый» гуманизм?
Чтобы разобраться, чем отличается транс- от пост-, следует оттолкнуться от понятия классического гуманизма. А он определяет четкие границы между природой и культурой, человеком и «не-человеком». Гуманизм воспринимает человека как центр вселенной, совершенное в биологическом и иных планах существо, стоящее на вершине иерархии.Почему трансгуманизм так близок к гуманизму?
Трансгуманизм соответствует антропоцентрической логике. Его представители продолжают видеть ценность в самом человеке и стремятся использовать достижения науки для преодоления болезней, старения, смерти. В трансгуманизме сохраняется противопоставление души и тела, а вот их граница размывается в пользу «улучшения» человеческого тела.Каковы различия?
Для трансгуманизма проблемой является биология человека, для постгуманизма — зацикленность человека на своей исключительности. По мнению Жан-Мари Шеффера, в рамках современных научных открытий последняя становится неактуальной.Для трансгуманизма технология — это нечто сакральное, позволяющее высвободить человеческое из оков биологического. Для постгуманизма технология равна биологическому, то есть является неотъемлемой частью гибридных объектов.
Итоги
Считается, что именно постгуманизм способен поставить точку в вопросе биологической обусловленности гендера и спорах о его конструировании. Трансгуманизм же, согласно критике, может привести к еще большему состоянию неравенства. Тогда общество в определенный момент окажется поделенным на усовершенствованных «постлюдей» и прежних «биолюдей», отказывающихся от внедрения в свое тело технологий.Скай Марсен о трансгуманизме:
Трансгуманизм — это общий термин, обозначающий набор подходов, которые составляют оптимистический взгляд на технологии как на различные способы помощи людям в построении более справедливого и счастливого общества; главным образом — путем изменения индивидуальных физических характеристик.
Почему мышление может пугать? Ужас философии и философия ужаса
Когда все началось?
Философия всегда в определенной степени была связана со «странным»: темные афоризмы досократиков; апофатическое богословие; средневековый мистицизм; философия романтизма — в современной интерпретации многие явления истории мысли могут представляться предвестниками «философии ужаса». Однако более отчетливо этот термин сформировался в начале 2000-х — процесс был связан с появлением спекулятивного реализма, о котором шла речь чуть выше.Спекулятивный и странный реализм
Именно попытка спекулятивных реалистов выйти из посткантианской традиции (говорящей о неизбежности репрезентации и присутствии субъекта) и породила «странное» и «ужасное» в их философии. Если же прийти к состоянию, в котором мир и вещи даны напрямую, может статься, они окажутся намного ужаснее, чем мы полагали.Без Канта очень страшно
Странной и жуткой стала сама реальность. За ужасом больше не нужно обращаться к хоррорам или отправляться в «лабиринты страха». Докритический реализм говорит, что у любой вещи есть «темная» сторона — то, к чему нельзя получить доступ и что все-таки оставляет зазор между объектами и их качествами. В нем-то и обитает «ужас философии», который больше не обещает спокойной данности мира. «Писателем зазоров» спекулятивные реалисты называют своего любимого Лавкрафта.Темный поворот
Спекулятивные реалисты — не единственные авторы, пишущие о философии ужаса. В последние десятилетия сформировалась тенденция — «темный поворот» в философии.Интересны работы Юджина Такера, Марка Фишера, Ника Ланда, Бена Вударда и других. В частности, чтобы исследовать ужас, Такер обращается к популярной культуре и астробиологии, а Фишер — к психоанализу и литературоведению. Это помогает им рассмотреть проблему странного и жуткого с междисциплинарных позиций.
Выводы: когда закончится ночь?
Как известно, сова Минервы вылетает в полночь (Отсылка к ставшей философским мемом фразе из предисловия Гегеля к «Философии права». Имеется в виду, что философ приходит с обобщениями, когда большая часть общественных процессов уже осуществилась и даже успела устареть. Прим. ред.). Современная философия тоже как будто стремится к состоянию сумрачности. Темный поворот и обращение к проблеме ужаса напоминают нам о границах познания, о радикальной инаковости окружающей реальности и негостеприимности мира.«Странное» чаще всего не поддается редукции и рациональному объяснению, ставит под вопрос системы безопасности человека. Однако пессимизм нередко оборачивается своей противоположностью, расширяя рамки привычного осмысления и вызывая интерес благодаря многочисленным примерам и разнообразию проявлений ужаса.
Юджин Такер об ужасе философии:
Это и есть та суть ужаса философии, которую мы усматриваем в демоне Декарта, депрессии Канта и схватке Ницше с безразличным космосом. Проще говоря, это мысль, которая в процессе мышления подрывает себя. Мышление, которое на краю бездны спотыкается о себя. Этот момент, когда философы спотыкаются (Декарт), или не могут увернуться (Кант), или смело идут навстречу (Ницше), и есть то, что подрывает их работу как философов. Будучи философами, они не могут запросто свернуть с дороги и обратиться к поэзии или математике. Они продолжают работу философии, испытывая постоянно мрачный безликий взгляд этого ужаса философии.
Как философия подружилась с квантовой физикой и что такое агентный реализм
Что нужно знать в первую очередь
Агентный реализм возник в современной философии на волне постчеловеческих настроений. Он по-новому связывает человека с проблемами научного знания, смысла и материи. Агентный реализм рассматривает мир как совокупность «агентностей» (действий и тех, кто их совершает), которые пребывают в бесконечном взаимодействии и продуцируют саму реальность. Например, атомы — это агенты, и их взаимодействие формирует наш мир.Современную философию и агентный реализм интересует, как подобное можно осмыслить и какие идеи с этим связать. На первый взгляд, этим вопросом должна заниматься наука. Но для агентного реализма и она может стать темой для осмысления и поводом для создания новых идей.
Главный исследователь агентного реализма — Карен Барад. Она получила докторскую степень по теоретической физике, а затем занялась философией.
Почему это интересно?
Особый шарм агентному реализму придает междисциплинарность. Барад определяет свою концепцию как смесь онтологии (наиболее классического раздела философии) и эпистемологии (занимающейся тем, как мы познаем мир и что такое знание). Барад называет свой подход онтоэпистемологией. Предложенная концепция противостоит привычным философским понятиям репрезентации и рефлексии: они утверждают, что в центре познания человека — отражение мира в его сознании.Барад развивает идеи физика Нильса Бора. Допустим, о том, что реальность не задана и сама по себе не статична — напротив, она является результатом сложных процессов, переплетений и синтезов, объединения материи и не только. Яркой иллюстрацией идеи могут быть многие физические явления: от эффекта наблюдателя* до привычного ощущения холода, тепла и так далее (Речь об эффекте наблюдателя в квантовой физике: наблюдатель может влиять на результаты эксперимента. Когда квантовая система находится в суперпозиции (одновременно может быть и частицей, и волной), наблюдение этой системы приводит к «коллапсу волновой функции» — к ее переводу в одно определенное состояние. Прим. ред.).
Почему именно Нильс Бор?
Бор столкнулся с противоречием квантового объяснения феноменов. Он говорил о необходимости изменить привычную схему обоснования реальности, так как эта «схема» по-прежнему находится во власти дуализмов например, субъекта и объекта. При этом субъект — активный, «он познает», а объект — пассивный, «его познают».Физик настаивал, что наблюдения — это не просто инструменты: они производят реальность, с которой сталкиваются; Бор оспаривал раздельность наблюдателя и объекта, указывал на «объекты наблюдения» и «факторы наблюдения».
Барад развила идею нобелевского лауреата: пассивные объекты тоже участвуют в построении научного наблюдения.
Что такое онтоэпистемология?
Следуя учению Бора, Барад говорит о необходимости пересмотра разделения наблюдателя и объекта. По этой причине онтология должна стать онтоэпистемологией, в которой принципы знания и познания не будут отличны от принципов существования (бытия).Материя больше не является чем-то неодушевленным, а представляет собой процессы, связанные с множеством факторов: исторических, социальных, культурных, научных.
Для онтоэпистемологии важна игра слов — matter matters, которую можно перевести с английского как «материя имеет значение», причем во всех смыслах и контекстах: «значение» и как значимость, и как важность материи, и как смысл, и как осмысленность.
Какие выводы можно сделать?
Карен Барад рассматривает мир в перспективе изменения его привычных границ и отношений между:материальным ⟷ нематериальным;
живым ⟷ неживым;
субъектом ⟷ объектом;
природой ⟷ культурой;
внешним ⟷ внутренним.
В процесс включены не только люди — человек является частью вселенной и ничем не отличается от иных ее частей. Здесь нет места высокомерному антропоцентризму и пассивным объектам.
Человек — «включенный наблюдатель», агентность которого рассматривается в совокупности и сложности его отношений с миром. Это одновременно и спускает человека с пьедестала, и наделяет новым типом ответственности — не только перед людьми, но и перед другими существами.
Карен Барад о проблемах материи:
Что заставляет нас верить, будто мы имеем прямой доступ к культурным представлениям и их содержанию, но только не к тому, что представлено? Как получилось, что язык стал заслуживать больше доверия, чем материя? Почему за языком и культурой признаются собственные агентность и историчность, в то время как материя предстает пассивной и неизменной и в лучшем случае наследует свой потенциал изменений у языка и культуры?